Шел по городу художник: Елена Придувалова

гага

В моем детстве была такая книжка «Шел по городу волшебник». Я о ней уже забыла, и вдруг вспомнила со всей очевидностью на одной из последних выставок Елены Придуваловой: я привычно смотрела на «то, что нарисовано», на цвет, на фигуры людей, я думала, – вот надо же, бывает же такая красота, и внезапно до меня дошло: «то, что нарисовано» – это то самое место, мимо которого я прохожу всякий день, просто я этого не вижу!

Вы Лешей (Алексеем Аполлоновым) начинали в конце 80-х-начале 90-х, вместе с так называемым «Киевским арьергардом» (Матвей Вайсберг, Ваган Килп, Александр Захаров…, название и теоретическое оформление придумал Андрей Мокроусов).
Но всегда казалось, ты – немножко отдельно, у тебя другая техника – легкая, графическая. Ты родом из модерна начала ХХ века. А как ты сама соотносишь себя с тем временем и тем поколением «арьергардовцев». И как бы ты определила свою художественную генеалогию?

Знаешь, произошел естественный отбор! Ничего не бывает случайно, случайность лишь подтверждает закономерность. Нас познакомил Андрей Мокроусов, но мы могли и не «зацепить» друг друга, и все же нет, – я сразу поняла, что это мой круг, мои люди. Почему так?, – ищите и дано будет вам. Нам было интересно – общаться, показывать новые работы, «делиться». Я думаю, нас объединяла любовь к живописи как таковой. Мы все жили живописью и мы жили живописно! Живопись – умерла? А мы?!
Но ты права, я несколько в сторону…
Во-первых, техника (я не писала маслом и не писала на холсте), что – кажется – сразу облегчает задачу, но позволяет передавать мимолетность жизни: я на секунду останавливаю поток времени. Во-вторых, – серийность: я пока не скажу до конца, не остановлюсь…
Ну и вся история искусства переплавилась во мне, на разных этапах нравилось разное, а художники начала ХХ века давали такую свободу!

А этот твой «открытый» праздничный цвет – откуда он?
Поначалу казалось, что это такая … переплавленная этника, открытая, детская картина мира. Но потом появились твои городские серии, где все другое, но цвет остался. А для тебя самой что-то изменилось за эти годы?

Цвет был всегда. Мне недавно попались на глаза мои детские натюрморты, – там каждый предмет был своего локального цвета… Я радуюсь цвету!
В ранних работах он был для меня важнее тона, поэтому работы были, может, слишком декоративными, отсылали к фолку, но я об этом не думала, мне просто нравилась жизнь. Из Киева, иногда очень советского (!) и постепенно исчезающего, я пыталась создать свой миф, как бы говоря: «Ну посмотрите, какой он красивый!», мне хотелось удержать исчезновение. Моя бабушка навсегда влюбила меня в Город, рассказывая о «старых временах». Отсюда и работы-«праздники».
Потом был период почти монохромный, но и там цвет играл основную роль, ударами синего, красного…, решая всю работу.
Сегодня мне важно, чтобы цвет работал со светом, – не разнообразие палитры, а точность, локальность цвета, передающего то, что я хочу. Но любовь к яркому цвету никуда не исчезла.

Помнишь, у тебя была выставка в «Триптих-Арте» «Живи на повну». Там был абсолютный праздник цвета, счастье и чистое веселье, – в самом деле, полнота жизни. И только приглядевшись, вдруг узнаешь: это же привокзальные генделики, это запущенная Старовокзальная, это все то, мимо чего я каждый день пробегаю чуть ли не зажмурившись…
Для тебя это прием – «когда бы вы знали, из какого сора…»? Или это такое счастливое свойство зрения?

23kartina

Да нет, меня тоже ужасно раздражает вся эта наша «культура быта». Хочется изменить все, желательно все убрать! – ларьки, генделики, «Живи на повну»… Особенно раздражают детали, то, что делается, чтобы «было красиво»! Еще хочется переодеть людей… А «шедевры» архитектуры?… Но мы в этом живем, и я нахожу красоту в диссонансе, я люблю наших людей, их «наряды» будят мою фантазию… А чашка кофе (можно пива) на вокзале или на рынке, или в большом магазине, или в маленькой забегаловке, – в конечном счете, приводит меня в мастерскую, и я опять рисую все это!

А когда ты рисуешь город, вернее, когда ты называешь его цветом, – «улица Воровского. Синий» – как это происходит? Что такое для тебя городской цвет?

Все зависит от цвета дня. Утро бывает холодно-голубым, вечер розово-серый, а потом вдруг день и все становится сине-золотым! А силуэты моих любимых улиц я вижу с закрытыми глазами, и просто делаю «чертеж», – тут линия очень важна.

3156

А для тебя Киев отличается по цвету от других городов, которые ты рисуешь?
Вообще, какой для тебя «твой Киев»?

Дело в том, что Киев проживает со мной мою жизнь и кроме того, что меняется сам, он меняется и вместе со мной… Он был другим … зелено-буйным, запущенным, там было где спрятаться, он хранил тайны… Сейчас он не то чтобы более ясный, но я смотрю на него как будто сверху, более обобщенно, наверное. Я ищу в нем ответы на свои вопросы. С другими городами не так, у меня с ними нет такой интимной связи, поэтому с другими все более декоративно.

Интересное